КГХ – не застывшая картинка, это организованная сущность, которая отражает в месте – его особенность, неоднородность, многоликость. А проявляются они через всевозможные трансформации – пространственные и временны́е. Трансформации – суть существования места; поэтому это и суть строения КГХ. На описании трансформаций, на самом деле, построена любая часть КГХ, явно или неявно.

Трансформации могут служить и линией «раскрытия» доминант места. Мы уже говорили – главное условно, поэтому именно полное описание трансформаций доминанты может приводить к пониманию ее как связующего, концентрирующего звена многообразных элементов места. Трансформации, особенно пространственные, часто направлены «вовне». Они отражают изменение внешнего статуса места; они отражают внешнее изменение восприятия места, пусть даже при его внутренней незыблемости; они отражают динамику элемента, застывшего в пространстве. Другими словами, трансформации – это один из основных инструментов КГХ, использование которого обеспечивает «сворачиваемость» и «разворачиваемость» целостной картины доминант и бесконечной панорамы элементов места.

Инверсии – наиболее «красивый», яркий вид трансформаций. Найденная среди черт места инверсия наверняка определит облик места, его образ; она запомнится надолго – значит, именно инверсия – очень вероятно – будет одной из ключевых доминант места.

«Инверсия» означает явное противоречие. Действительно, именно то, что не просто отличается от ожидаемого, не соответствует названию, контрастирует с аналогами – а повторяет их «с точностью до наоборот» – именно это бросается в глаза, именно это служит, по крайней мере, визуальным образом места.

Инверсия предполагает зеркальное несоответствие ожидаемой и реальной взаимосвязи элементов места. Так, Череповец для части Вологодской области становится территориальным центром, хотя это противоречит его сути как «второго города» [см. Каганский, 2001, с. 268-281] – оплота отраслевого управления, не привязанного к территории [Митин, 2001].